«Путь к Царствию Небесному тернист, и многое придется преодолевать»

Жизнь с Богом – это радость или труд? Как христианину анализировать свое духовное состояние? Что важно знать о молитвенном правиле и таинстве Евхаристии тем, кто уже много лет живет церковной жизнью? Беседуем с иереем Романом Солодко, настоятелем храма во имя апостола Андрея Первозванного.

– Отец Роман, в духовной жизни человека есть разные периоды: время, когда он только приходит в Церковь, мало знает о вере, но очень стремится исполнить все по максимуму, и время «охлаждения». Почему?

– Когда рука Божия касается сердца человека, то внутреннее состояние этого человека преображается – он испытывает наиболее яркие, до этого незнакомые ему духовные ощущения: необычайную радость, счастье, легкость. Затем наступает и другой период. Но важно понимать и помнить, что благодать Божия неиссякаема и всегда пребывает на каждом из нас. Мы же, ввиду своего образа жизни, греховного поведения, нарушения заповедей Божиих, от этой благодати отдаляемся. Например, каждый человек ради получения благ или выгоды может поступить не по совести или совершить какой-то другой грех, и поэтому чувство Божиего присутствия и радости в нашей жизни периодически исчезает.

Бывает и так, что, придя к Богу, человек получает сердечное горение и может достаточно долго его испытывать, – это называют неофитством. В это время христианин действительно не видит ничего плохого ни в мире, ни в Церкви, ни в людях. Это хороший, счастливый отрезок жизни, но при этом разум не должен уходить в какое-то излишнее блуждание. Должно быть четкое понимание – вера без дел мертва (Иак. 2, 26), и если человек начинает просто верить, не изменяя себя внутренне, то это чисто протестантская позиция. Православный взгляд иной: мы верим и делаем. Проявление нашей веры – это путь длиной в жизнь, и на этом пути каждый из нас шаг за шагом идет ко спасению.

– Что делать, когда период неофитства проходит?

– Когда огонек веры внутри горит уже не так ярко, как поначалу, ни в коем случае нельзя искушаться! Обязательно наступит время, когда нам будет тяжело. И вот тогда мы начинаем отчаиваться, расстраиваться, начинаем искать у других людей грехи для того, чтобы оправдать свои собственные. Это период, когда мы можем обидеться на кого угодно: на близких и дальних, на священника, на соседа и даже на Бога. Начинается ропот, но при этом человек совсем перестает в такие моменты видеть свои грехи. Поэтому от благостного, радостного неофитства нужно постараться очень аккуратно перейти в стабильное состояние настоящего христианина. Христианина, который помнит то счастье, которое было ему дано, но при этом понимает, что путь к Царствию Небесному тернист и многое придется преодолевать.

Бывает, человек говорит: «Я поститься люблю. Мне так легко поститься. Всю жизнь пощусь, почти ничего не ем». Но если человек в это «легко» не добавляет никаких добродетелей, никакого труда, то в чем тогда его жертва? И в духовной жизни в целом это происходит так же: если все бесконечно радостно и легко, то это верный сигнал к тому, что нужно нагружать себя еще. Христианину должно быть тяжело, он должен работать над собой. Потому что именно эта работа помогает увидеть свои немощи, недостатки и ошибки по-настоящему. Так что радостное горение – это только первый шаг. А самое главное – мы должны все время стремиться вернуться к Первообразу, так как мы созданы по образу и подобию Божию, хотим приблизиться к Нему.

Например, у нас есть молитвенное правило – нужно стараться его исполнять. Заповеди Божии нужно исполнять неукоснительно, ведь нет у греха никакой градации! Нельзя немножко убить, своровать, обмануть. Часто мы прикрываем наши грехи подменой понятий: «ложь во благо» или «мы немножко разозлились», «немножко обманули». Духовная жизнь и такого рода подмена несовместимы.

– Батюшка, чем больше я слышу от священников или читаю о том, что такое молитва, как надо молиться, тем больше я понимаю, что совершенно этого не умею. Но так ведь не может быть?

– Если мы говорим сейчас о молитвенном правиле, то часто мы начинаем читать его механически, «на автомате». Это зачастую происходит оттого, что мы не понимаем смысл молитвенного текста. Вспомните: когда мы общаемся с близкими, мы можем тысячу раз рассказывать им одну и ту же историю нашей жизни, которая нам особенно дорога, согревает наше сердце, и рассказываем всегда воодушевленно, с теми же эмоциями, которые испытали когда-то. Но молитва для нас в этом плане становится исключением из правил, камнем преткновения. Мы почему-то не можем одну и ту же молитву читать с воодушевлением или, наоборот, с чувством покаяния. Скорее всего, так случается еще и оттого, что мы не переживаем то, что произносим. Ведь в каждой молитве, обращаясь к Богу, мы должны осознавать, что ведем с Ним разговор. Неужели мы не можем вложить в каждое слово наше устремление к Нему? Если наша душа окаменела и не может откликнуться на слова молитвы, то это проблема. В таком случае я иногда советую какое-то время почитать молитвы в переводе, на русском языке. На нашем приходе есть воскресная школа для взрослых, и у нас был интересный опыт: на занятиях мы разобрали смысл утренних и вечерних молитв. Для многих слушателей это стало настоящим открытием! Ведь иногда даже знаки препинания и то, как мы их расставляем, влияют на понимание. А понимать и проживать нужно каждое слово, тогда и молиться будет легче.

Есть и другие сложности, например объем. Многие думают, что вечерние молитвы нужно читать тогда, когда, кроме подушки, уже больше ничего не видишь. Но ведь они разделены на две части, бОльшую из которых мы читаем тогда, когда у нас еще есть силы и внимание, и лишь несколько молитв следует читать непосредственно перед сном.

Поэтому, если вы прочтете правило не поздно вечером, а придя домой с работы и уже потом будете завершать домашние дела, то и эти заботы уже будут освящены молитвой, ваш настрой будет иным.

Некоторые люди знают молитвы наизусть и читают их по памяти, а лучше, конечно, все же держать в руках молитвослов, на случай заминки, ведь даже священнику нельзя совершать богослужение без служебника.

– Отец Роман, а как быть, когда ничего не чувствуешь во время молитвы?

– Сложно правильно определить то, что мы «должны» чувствовать во время молитвы, это очень тонкая грань. Когда человек говорит: «Ой, как хорошо я сегодня помолился!» – хочется задать вопрос: «А действительно ли хорошо?». Иногда наше сердце откликается на молитву, оно расположено к разговору с Богом как-то особенно, но это бывает довольно редко. Здесь так же, как и с подготовкой ко Святому Причастию. Спрашиваешь прихожанина: «Почему давно не причащался?» – а он отвечает: «Я недостоин». А когда мы были или будем достойны? Никогда! Но по милости Божией надеемся, что Он не вменит это нам в осуждение.

– Представим ситуацию: человек с детства живет церковной жизнью, а если не с детства, то уже несколько десятков лет, но при этом он чувствует, что топчется на одном месте, не становится лучше и его перечень грехов на исповеди можно ламинировать… Как с этим быть?

– Давайте сравним духовную жизнь каждого христианина с уборкой дома. Вот мы решили убраться в чулане, а до этого мы в этот самый чулан много лет складывали всякую ненужную мелочовку, а потом занесли и поставили сверху большие коробки. И вот когда мы решили здесь убраться, мы видим эти громоздкие коробки, выносим их из этой каморки – и визуально нам кажется, что в чулане стало чисто, появилось больше места…

И с духовной жизнью происходит то же самое. Мы пришли к Богу, исповедовали тяжелые грехи, которые нас тяготили, и на сердце стало легче и чище. Но чулан теперь, после больших коробок, надо освободить от всяких безделушек, которые мы хранили там годами, вымыть от слоя пыли, а ведь с какими-то вещами нам очень трудно расстаться. И тогда мы думаем: «Раньше, до того, как я начал здесь убираться, было чище». Так же и с душой: нам кажется, что наша жизнь была лучше раньше, когда мы выкинули коробки собственной нечистоты, а теперь мы разбираемся с чем-то более незаметным глазу, но все так же отделяющим нас от Бога. И это сложно!

Кроме того, есть те грехи, которые человек совершает раз в жизни. Может быть, это убийство, аборт или воровство, блуд или предательство… А есть те страсти, которые человека обуревают всю жизнь, и мы будем бороться с ними постоянно, изо дня в день. Нельзя по щелчку пальцев избавиться от всех собственных страстей и слабостей. Этот процесс происходит внутри нас постепенно, мы должны смиряться, иногда снова и снова проходить то или иное испытание. Может быть, человек горделивый, завистливый или жестокий, и ему придется всю жизнь сражаться с этим. И поэтому нам порой кажется, что у аналоя мы произносим одно и то же…

Но бывает и другой «перекос»: человек много лет исповедуется в том, что уже не раз говорил священнику, и больше этого не совершает, но при этом не идет внутренняя работа с тем, что есть сейчас, с этими греховными «безделушками» из чулана сердца. Так быть не должно, это непродуктивно. Мы должны анализировать свою внутреннюю жизнь, духовный настрой. Какие эмоции я испытывал в течение недели? Почему я не могу от всего сердца разделить радость с близкими? Отчего я раздражаюсь?

– Отец Роман, как мирянину выстроить этот самоанализ? Нужно перед каждой исповедью рассуждать об этом?

– Ну, анализировать лучше не в одиночку, а вместе с духовником. Потому что мы все себя любим, и если нам не будут указывать на наши грехи, то мы так и будем думать, что мы замечательные. Когда есть духовник, то он видит ситуацию шире, он видит и знает человека, он может вовремя помочь и подсказать. Самостоятельно анализировать, конечно, тоже можно, но лучше под чутким присмотром, чтобы это не было субъективно.

– Хотелось бы еще подробнее поговорить о Евхаристии. Мы все спустя какое-то время входим в определенный ритм: кто-то причащается раз в неделю, кто-то раз в месяц, кто-то реже. В какой-то момент уже не так сложно поститься и прочитать последование, но вместе с тем приходит страх причаститься «по привычке». Иногда даже на Литургии уже стоишь и спрашиваешь себя: «Почему я сегодня хочу подойти к Чаше?». Вопросы такого рода «неудобные», а честные ответы на них еще больше нас огорчают. Как с этим быть?

– Регулярность причащения тоже лучше определять с духовником, но если такой возможности нет, то следует помнить, что реже чем раз в три недели христианин не может приступать к Чаше. Чаще можно, но каждые три недели – это своего рода минимум. Далеко не всегда так происходит, поэтому нужно и нам, священникам, и каждому человеку относиться к этому серьезнее. Поскольку если мы долгое время находимся вне евхаристического общения, то можем очень быстро отойти от Церкви. А самое главное – человек может потерять осознание того, что происходит в его жизни. Если человек долгое время остается без исповеди и причастия, то возникает вопрос: «Что его останавливает?». Если его останавливает чувство недостоинства, то был ли он когда-нибудь достоин? Чаще всего людям тяжело дается подготовка к таинству… Не каждый человек готов пожертвовать своим временем и своими желаниями. Например, желание поесть скоромное или нежелание читать последование часто нам мешает, даже тем, кто давно в Церкви. К сожалению, на всякое праздное времяпрепровождение и просмотр ленты в социальных сетях у нас порой больше времени находится и уходит, чем на подготовку к соединению с Богом в Евхаристии.

Если же человек сам для себя решил, что он подходит к Чаше только по большим праздникам или, например, раз в год, то я как священник могу проявить понимание, но все равно сложно сказать, что такая позиция позволяет этому человеку вполне ощутить себя членом Церкви Христовой…

Мы должны стремиться ко Христу! Если человек хочет молиться, то он найдет время; если он желает быть частью общины того или иного храма, то он придет в воскресенье, чтобы вместе помолиться, он будет стремиться разделить радости и горести людей, которые в этот храм ходят; если он желает быть с Богом, то он будет стремиться к Чаше вновь и вновь.

– А если человек причащается согласно определенному духовником ритму, но порой после Причастия ничего не чувствует? Кого-то сильно огорчает, если не приходит радость или легкость в этот момент…

– Лично я не считаю, что мы вообще должны «что-то чувствовать» после Причастия. Благодать – это то, что присутствует, но нам не обязательно об этом знать. А нам все время хочется ощутить действие Бога в нашей жизни как-то особо… Но ведь это не цель, к которой мы идем! Мы идем к Нему, в храм не для того, чтобы испытать приятные эмоции… Для этого у нас есть чтение книг или просмотр фильма, но в Церкви мы ищем большего! Мы ищем спасения души, и совсем не обязательно что-то ощущать после сделанного нами доброго дела или после Причастия… Для христианина Евхаристия и помощь ближнему – основа жизни. Мы каждый день пьем воду, но ведь мы не думаем каждый раз: «Как хорошо, что я выпил этот стакан воды. Какая благодать!». Без воды человек умирает физически, а без единения с Богом в Евхаристии умрет наша душа, она просто погибнет. Мы должны об этом помнить и питать себя духовно. А если мы подходим к таинству лишь для того, чтобы испытать эмоции, то, вероятно, не понимаем глубины происходящего.

– Может случиться так, что человек всю жизнь был в Церкви, но так и не узнал Бога по-настоящему?

– Хорошо, если нас это беспокоит. Мы должны бояться потерять Христа, не дойти до Него, но при этом должны всем сердцем надеяться на милость Божию, что Он нас простит. Наверное, страх услышать от Бога, завершив земную жизнь, слова «Я не знаю тебя» – это самая лучшая мотивация в пути. Господь называет нас детьми, но достойны ли мы этого звания? Его милости? Царствия Небесного? Нет, конечно. Но мы должны идти. И крепко стоять в своей надежде быть принятыми Богом.

– Возможен ли прогресс как таковой в духовной жизни? Должны ли мы его осознавать?

– Для каждого человека это индивидуально. Мы же люди думающие и не можем не смотреть на собственную жизнь с этого ракурса. Мы видим, какие мы были раньше, а какие сейчас. Мы должны внимательно смотреть за собой, но определить, насколько мы далеко от Бога или близко к Нему, нельзя. Вспомните благоразумного разбойника: иногда достаточно одного слова, чтобы оказаться в раю, а бывает так, что христианин, который был хорошим, казалось бы, все выполнял, упал настолько, что ему уже не встать… Я бы не советовал думать о том, сколько точно шагов нам осталось до двери рая.

– Митрополит Антоний (Блум) пишет: «Галилея – это не место только; у каждого из нас есть своя Галилея; это то время и то место и тот строй души, в котором мы первые, со всей живостью и со всей глубиной встретили Бога». Как нам вернуться к этой встрече, отец Роман?

– Мы все хотим вернуться к этому состоянию, которое описывает владыка Антоний, хотя, быть может, мы испытывали его всего однажды, но знаем, что можем испытать вновь. Иногда помогают укрепиться на пути воспоминания или размышления, какие-то места, которые возвращают нас к этому состоянию… Может быть, кто-то уверовал в монастыре и теперь возвращается туда вновь и вновь. Нужно встречаться с людьми как можно чаще, общаться с теми, кто помогает нам на нашем духовном пути. Если духовник уже почил, то собирайтесь с теми, кто его знал! Почему мы часто возвращаемся мыслями в детство? Потому что там мы были счастливы. Так и с духовной жизнью: нужно возвращаться к счастью, чтобы были силы идти вперед.

Беседовала Ксения Хайсанова

Газета «Православный Симбирск» №18 (674) от 23 сентября 2026 г.