Подходит к концу еще один календарный год – традиционное время для подведения итогов. О том, какие значимые события произошли в епархии в 2025 году, беседуем с митрополитом Симбирским и Новоспасским Лонгином.
– Владыка, каким остается в Вашей памяти 2025 год?
– Это очередной год, когда мы старались созидать церковную жизнь в Ульяновске и его окрестностях. Что-то получается, что-то нет. Многие проблемы, о которых мы говорили ранее, никуда не делись. Главная, из которой проистекают и остальные, – нехватка духовенства. Но радует, что те люди, которые могут и хотят работать, делают это абсолютно самоотверженно, с полной самоотдачей.
Были добрые вехи: принесение в наш город святынь – мощей святителя Тихона, блаженной Матроны, Жадовской иконы Божией Матери. Были совершены два крестных хода на Никольскую гору в р.п. Сурское. Это уже константы в церковной жизни епархии. Одним из самых ярких моментов стал для нас крестный ход 4 ноября, в день празднования в честь Казанской иконы Божией Матери. Мы проводили его в Ульяновске в третий раз, и с радостью можно отметить, что каждый последующий крестный ход многолюднее предыдущего. Крестные ходы – это важное свидетельство нашей веры.
В этом году масштабно прошли Рождественские чтения. Было задействовано большое количество людей. Надеюсь, кто-то получил новые знания, впечатления. Церковная жизнь остается активной – такой, какой она и должна быть.
Многие наши проекты продвигаются, несмотря на всю сложность времени, в которое мы живем. Пока нам даже удается продолжать начатые программы по строительству и реставрации.
Настоящее чудо, которое происходит в центре города на глазах у всех, – восстановление Спасского женского монастыря на историческом месте. Произошло то, во что мало кто верил. В этом году на праздник святых апостолов Петра и Павла мы освятили возрожденный Спасский собор монастыря. Он получился очень красивым, в нем замечательное внутреннее убранство. Сегодня это настоящее украшение и гордость города и епархии.
Заканчиваются работы в храме во имя святого Александра Невского. Хорошими темпами движется строительство храма во имя святого Димитрия Донского. В городе строятся храмы в честь Рождества Пресвятой Богородицы, во имя святого Георгия Победоносца. Начато строительство четырех храмов в Ульяновском районе.
Крестный ход вокруг строящегося Александро-Невского храма
Удалось воссоздать после пожара Спасский храм в Знаменском монастыре в Ляховке. Остались внутренние работы, и один из старейших наших храмов будет спасен.
Еще один храм сгорел в прошлом году в селе Криуши. Сейчас вместо уничтоженной огнем деревянной церкви строится кирпичная. Я не сторонник деревянных храмов. Многим людям они нравятся, потому что они красивые, уютные, вызывают ностальгические чувства, но печальная особенность заключается в том, что они легко горят. Поэтому я всегда стараюсь убедить, уговорить людей, которые собираются строить деревянный храм, что лучше построить каменный.
В епархии много строительно-реставрационных проектов. Один из важнейших – здание Симбирского духовного училища, которое было возвращено Церкви в конце 2024 года. Однако по договору большую часть здания еще два года будет занимать медицинский факультет. Мы сделали косметический ремонт в тех помещениях, которые нам отдали. Это треть общей площади, более тысячи квадратных метров. Там уже проходят занятия Центра подготовки церковных специалистов. Сейчас мы занимаемся заменой кровли. По мере освобождения помещений будем постепенно проводить ремонтно-восстановительные работы. Надеюсь, мы все-таки сможем восстановить это красивейшее здание в его первоначальном виде, чтобы вновь использовать его для духовного учебного заведения.
И конечно, гораздо больше у нас тех проектов, которые пока не реализованы, а ждут приложения наших усилий, средств и внимания.
На Крещальной Литургии
– Вы упомянули про завершение строительства храма святого благоверного князя Александра Невского. Когда он будет освящен?
– Не могу ответить на этот вопрос, потому что у нас нет стабильного финансирования. Этот храм, как и любой другой, строится на пожертвования, а они неравномерны и непостоянны. Хотя осталась уже небольшая часть работ, и я очень надеюсь, что в наступающем году они будут закончены.
– Свидетельствует ли, на Ваш взгляд, продолжение строительства храмов – в городе и области – в столь сложное время о духовном подъеме и стремлении людей к вере?
– Это свидетельствует о чуде. И о стараниях и неравнодушии тех, кто делает эту работу. К примеру, у нас в епархии есть священник Иоанн Филиппов. Это замечательный батюшка, который восстанавливает старинный полуразрушенный храм в селе Ждамирово. За три года, которые он там служит, он сделал столько, сколько не сделали за 30 лет. Он собрал приход, смог зажечь людей, достучаться до их сердец. Храм в соседнем селе Хмелевка сделан из обычного домика. Отец Иоанн и его отремонтировал, обустроил. В результате в процентном соотношении в храмы там ходит столько жителей этих сел, сколько не ходит в Ульяновске. «Каков поп – таков и приход» – эта поговорка не потеряет актуальности никогда.
После службы в Ждамирово
– Сейчас в Центре подготовки церковных специалистов на пастырей учатся в основном люди взрослые. На Ваш взгляд, люди какой возрастной категории должны идти в духовенство?
– И у молодого, и у зрелого возраста есть свои плюсы и минусы. Молодого человека легче чему-то научить. Но, с другой стороны, у взрослого есть опыт, он знает жизнь. Я считаю, что для человека, который хочет стать священником, обязательно, чтобы он состоялся в том деле, которым занимался до рукоположения. Если человек бегает с места на место, нигде не может себя найти, ему через какое-то время разонравится и в Церкви. И еще для меня важно, чтобы человек не боялся оставить ради будущего служения что-то более выгодное. Не секрет, что в миру люди могут зарабатывать гораздо больше. Но если они хотят служить, у них горят глаза, то это дорогого стоит. Плохо, когда молодые ребята смотрят на Церковь как на место, где можно зарабатывать, ничего не делая. Это самое неприятное, что может быть, и я всегда стараюсь «отсеять» такого человека. И еще очень важно, чтобы рукоположенного священника не бросили, как камень в воду. Всегда стараюсь общаться с нашими молодыми батюшками, регулярно вызываю к себе, спрашиваю, как идут дела.
– Владыка, с Вашим приходом в епархии стало больше служб среди недели в храмах. Есть храмы, где Литургии служатся каждый день. Что дает христианину участие в богослужениях не только по воскресным дням?
– Я еще застал людей, которые знали и любили службы, готовились к ним, ждали их, ходили в храм и в будни, и в праздники. Вот Великий пост: именно в будни поют Великий канон – люди ждут «Помощник и Покровитель…». Вот Страстная неделя: погребение Плащаницы, 12 Евангелий – река со свечечками растекалась по всему городу. Так было…
Сам я люблю служить. Я во многом из-за службы и ради службы пришел в Церковь, поэтому меня всегда огорчает «прохладное» отношение к богослужению. К счастью, есть священники, которым мне удалось до некоторой степени свое понимание передать. Это большое утешение, что мне удалось кого-то заразить, в хорошем смысле, любовью к богослужению.
Если же священник службу не знает, не любит и службы боится, потому что не умеет служить, – то он не сможет ничего донести до своих прихожан. Не сможет заинтересовать их, увлечь. К сожалению, для большой части нашего духовенства и верующих служба – это какое-то непонятное действие, которое почему-то надо исполнять. В этом самая большая наша трагедия.
– Этот год был объявлен в стране Годом защитника Отечества. Как епархия оказывала помощь и поддержку воинам?
– Действительно, СВО – главная тема, которая присутствует сегодня в нашей жизни и в жизни всей страны. Поэтому наша главная забота – о воинах, о тех людях, которые сегодня на полях сражений. Война – это самое страшное, что может быть в жизни человека. Но именно в трудное военное время проявляются порой лучшие человеческие качества: и героизм, и братские отношения, и многое другое, что в обычной мирной жизни могло бы в человеке и не реализоваться. Но все равно это очень тяжелый опыт.
Конечно, мы молимся о тех, кто сейчас сражается, и поминаем усопших воинов. И будем молиться еще долгие годы после окончания СВО. Те люди, которые возвращаются, уже не такие, какими они ушли на фронт, и они нуждаются в любви, поддержке. Это наша обязанность.
Вся Церковь и все наши приходы стараются помогать: сборами средств, благотворительной помощью, продуктами, изготовлением окопных свечей и маскировочных сетей, письмами со словами поддержки.
Одна из граней этой работы – пастырская помощь людям, пострадавшим на СВО, тем, которые вернулись ранеными, искалеченными. Им надо социализироваться, возвращаться к обычной жизни. Это для них сложно, трудно, и наша задача – помочь. Недавно все наши священники прошли онлайн-курс Синодального отдела по благотворительности и социальному служению по основам пастырской помощи участникам СВО, вернувшимся с фронта, и их семьям. Есть разные формы этой помощи: прежде всего, работа в госпиталях, реабилитационных центрах. На одном нашем приходе есть очень добрый пример. Местный парень был тяжело ранен на СВО, потерял ногу, лежал в госпитале в Москве. Там за ним ухаживала сестра милосердия. В итоге они поженились, приехали в Ульяновск, вместе ходят в храм, супруга поет в хоре и занимается социальной деятельностью на приходе. На мой взгляд, это оптимальная форма реабилитации! Дай Бог, чтобы таких примеров было больше!
У меня есть одно интересное наблюдение за духовенством, которое ездит помогать в зону проведения СВО – причащать, исповедовать, выполнять свои пастырские обязанности. Они чувствуют, что они там нужны именно как священники и что вера – мужское дело. К сожалению, у нас в храмах по ряду причин мужчин очень мало. Такого не знают ни греки, ни болгары, ни грузины – у них в храмах всегда много мужчин. Для молодых священников это ошеломляющий и полезный опыт, который не должен пройти бесследно.
Крестный ход в День народного единства
– Уже несколько лет в епархии проходят Крещальные Литургии для взрослых, желающих стать частью Церкви. В чем их важность для Вас?
– Я считаю, что Крещение – это обязанность архиерея, так было в Древней Церкви. И оно должно совершаться правильно, по канонам – с полным троекратным погружением – как над младенцами, так и над взрослыми. Но главное – это катехизация, беседы, которые проводятся с людьми, желающими креститься, знакомство с Евангелием. Я всегда стараюсь, чтобы после Крещения эти люди не исчезали, поручаю их священникам. Знаю, что некоторые вполне воцерковились, стали настоящими прихожанами. Для них участие в Крещальной Литургии, первое Причащение – вдохновляющий, запоминающийся опыт, который не дает им уйти из Церкви.
– Владыка, на протяжении года в Ульяновске проводились встречи с известными миссионерами и сектоведами. Какими проблемами это было вызвано?
– Проблемы эти – активизация сект и оккультных течений. У нас в области разместились «царь и патриарх» Зосима с последователями, пытались провести оккультный фестиваль, действуют неоязычники, псевдоиндуистские течения и прочее. У Церкви нет возможности что-либо запретить. Но у нас есть обязанность – предупреждать всех, кто может услышать. И мы предупреждаем, что сектантские или оккультные учения ничего хорошего людям не несут. Будут только потери. Мы обязаны об этом свидетельствовать.
– Владыка, будет ли открыта православная гимназия?
– Мы работаем в этом направлении. Ведем переговоры, но город нам пока не может подобрать подходящее помещение. Православная гимназия необходима. Целей у нас много, но эта – одна из самых главных.
– Что бы Вы хотели пожелать читателям в наступающем году?
– Я искренне желаю всем прийти к Богу, потому что важнее этого ничего нет. Желаю здоровья, счастья и благословения Божия!
Беседовал иерей Владимир Маняков
Газета «Православный Симбирск» №24 (656) от 24 декабря 2025 г