Главная / Митрополит / Слово Архипастыря / Вопрос Архиерею. Новые ответы

Вопрос Архиерею. Новые ответы

На вопросы читателей епархиальных СМИ отвечает Митрополит Симбирский и Новоспасский Лонгин

Недавно на заседании Священного Синода было принято решение о поминовении всех пострадавших за веру Христову 31 октября, в день памяти жертв политических репрессий. Можно ли поминать в молитвах представителей обновленческого духовенства и разного рода так называемых «правых» расколов — иосифлянского, григорианского и иных? Ведь многие представители духовенства, не находившиеся в общении с митрополитом Сергием, были причислены впоследствии к лику святых. Кирилл

Уважаемый Кирилл! Для начала надо понять, почему у Вас возник такой вопрос. Я нахожу его правомерным только в том случае, если кто-то из Ваших близких родственников был в свое время представителем обновленческого духовенства. Если Вы искренне верующий человек и хотите, чтобы Ваши родные получили прощение от Бога и спасли свою душу, тогда, я думаю, можно о них молиться. В таком случае это будет делом любви.

Если же это просто некая игра ума, «совопросничество» — я думаю, что лучше оставить эту тему. Это сложный вопрос, в котором надо каждый раз разбираться индивидуально, потому что в обновленческом духовенстве очень скоро появились так называемые «самосвяты» — люди, которые были «рукоположены» теми, у кого или не было сана, или они были лишены его законной церковной властью. Поэтому я думаю, что совершать литургическое поминовение представителей обновленческого духовенства, не покаявшихся в свое время и не вернувшихся в Церковь, не стоит (подавать за них записки, вынимать частицы и т.д.).

Действительно, в 1980-е годы некоторые из «непоминающих» (то есть не признававших митрополита Сергия, те, которых Вы назвали «правым расколом») были причислены к лику святых и нашим Синодом, и Синодом Зарубежной Церкви. Но здесь в каждом случае были изучены жизнь человека, его деяния, судебные дела и прочие обстоятельства, установлен факт мученичества за веру.

 

Как определить объем молитвенного правила, если не имеешь духовника? Дмитрий

Уважаемый Дмитрий! Вообще, духовника можно найти, это не так сложно, как кажется. Это не обязательно должен быть старец, который сидит в далеком глухом монастыре, или, наоборот, в большом благоустроенном. Это не обязательно должен быть человек каких-то особых дарований. Это может быть священник, которому Вы регулярно исповедуетесь и к которому испытываете доверие.

Так что можно обсудить свое правило со священником на исповеди. Вообще для мирянина в число обязательных входят утренние и вечерние молитвы, а всё, что сверх того, делается по усердию. Можно прочитать канон или акафист, одну или две кафизмы Псалтири — столько, сколько будет получаться, у кого есть сколько времени.

 

Владыка, как Вы считаете, стоит ли православному христианину изучать практику и опыт других религий, других духовных культур, например, дзэн-буддизм? Одни говорят, что не надо бояться широты знаний, что чужой опыт может по-своему обогатить христианина, а другие — что это страшный соблазн и грех, и вообще, после Христа искать уже нечего. Где правда? Артем

Уважаемый Артем! Я думаю, что православному христианину глубоко изучать практику других религий не нужно. Можно познакомиться с ними как с неким культурным явлением, на уровне статей в энциклопедии, — и этого достаточно. Изучать в полном смысле этого слова, то есть пробовать примерить на себя эти верования, эту философию, становиться адептом, — совершенно ни к чему. Во-первых, это действительно соблазн. Во-вторых, это просто неразумно. Например, у человека есть нормальная, хорошая одежда, а он, проходя мимо, увидел в мусорной куче старый драный костюм, — ему же не придет в голову снять с себя то, что он носит, и примерить: «А дай-ка я посмотрю, как это на мне будет сидеть»…

Поэтому изучение чужих верований (просто из любопытства, без особой нужды, если человек не является, скажем, специалистом-религиоведом) — это, по меньшей мере,  просто пустая трата времени. Тем более, что далеко не все из наших прихожан могут сказать, что они глубоко знают свою собственную веру — православное христианство.

 

Здравствуйте, Владыка! Недавно мне подарили Казанскую икону Божией Матери. И вот я в сомнении: можно ли считать это святым образом? Это примитивное слащавое изображение: Пресвятая Дева на иконе выглядит (простите, может быть, невольно кощунствую) как смазливая кукла. Почему такие иконы продают в храмах, в церковных магазинах? И что с ними делать? Я эту икону убрала подальше, в шкаф… А на душе кошки скребут, может быть, грех совершила? Это ведь все же образ Богоматери… Хотелось бы знать Ваше мнение. Ольга

Уважаемая Ольга! Я совершенно с Вами согласен.

Икона должна являть собой истину — истину о Боге, о святых, о духовной жизни. Сегодня же в разного рода церковных и светских магазинах под видом икон продается огромное количество подделок — это нельзя назвать ни иконописью, ни живописью. К сожалению, люди покупают их, дарят друг другу на день рождения или на праздники. Более того, такие подделки висят во многих храмах и всем своим видом вопиют о том, что это не иконы, не религиозное творчество. Так же, как гобелены с лебедями или оленями, или слоники на комоде, — они не имеют отношения к искусству, тем более, к искусству религиозному.

Такие вещи — это фальшь, ложь, и как всякая ложь, они должны быть изъяты из употребления, из церковной жизни.

Но мы не можем это сделать насильно. К сожалению, не только богословский, но и общекультурный уровень нашего народа очень снизился за последнее время, и продолжает снижаться. А наше духовенство — тоже часть народа, этот процесс затрагивает и его. Поэтому часто можно видеть, что батюшки спокойно относятся к таким вещам, кому-то это всё даже нравится…

Что делать с подобными «подарками», если к ним не лежит душа? Вообще, есть такой принцип: даже обычную, нормальную, хорошую икону, которая пришла в негодность, которую нельзя больше использовать и невозможно отреставрировать, полагается сжигать. Тем более, это можно сделать с такими вещами. Но лучше всего их не покупать, не дарить и не принимать в качестве подарков.

 

Владыка, не считаете ли Вы, что сегодня происходит своего рода катастрофа — размывание, разрушение границ Церкви? Нам, по сути, стало все равно, кого называть православным христианином. Человек когда-то во младенчестве был крещен (и то еще неточно: «Вроде бабушка говорила,  что крестила его…»), с той поры ни разу в храм Божий не заглянул, Евангелия не открывал, вслух называл себя неверующим… И вот, закончил свой земной путь. Родственники — в церковь: «Как же, надо отпеть, он крещеный, так положено». Родственникам не отказывают — то ли от сострадания, то ли от того, что они за это дело платят. Но ведь само чинопоследование погребения предполагает, что Церковь провожает в жизнь вечную своего члена, православного христианина, раба Божиего. А покойный, пусть и достойный уважения человек, таковым не был и не хотел быть. Слова теряют смысл, молитва превращается в мертвый, лишенный смысла ритуал, который, может быть, и удовлетворяет родственников покойного, но который не нужен ему самому. И это повсеместная практика. Мы крестим младенцев, хотя их родители прямым текстом говорят, что не собираются с ними потом в храм ходить, что им это не  нужно… Мы никому не можем почему-то сказать «нет». Вот почему люди воспринимают Церковь как контору по оказанию ритуальных услуг населению. Меня это очень огорчает. А Вас?

Уважаемый автор вопроса! Меня это тоже очень огорчает, я с Вами согласен практически во всем. Более того, я и сам не раз говорил в своих интервью и выступлениях об этой проблеме нашей Церкви. Я старался и стараюсь сделать все, что могу, на своем месте. Однако нашими усилиями мало что можно заметно изменить. Мы живем в эпоху, когда никто никого не хочет слушать. Людям кажется, что им нужно нечто от Церкви, — они приходят и требуют. Многие священники — добрые, хорошие, внимательные — сталкиваются с подобными ситуациями. Мы должны говорить, объяснять, выполнять свой долг — и молиться Богу о том, чтобы, если не сегодня, то завтра, наши слова «проросли» в сердце человека и он пришел в храм уже осмысленно — услышать о Боге.

 

Владыка, я знаю, что Вы очень любите животных, что раньше у Вас был сурок, а теперь кошка Мышка. Как Вы считаете, можно ли за животных молиться, например, если они болеют или попадают в какую-то беду, или теряются? Воскреснут ли животные в день Суда и будут ли они в раю? Мария

Уважаемая Мария! Да, я действительно люблю животных, у меня всю мою сознательную жизнь жил кто-то из братьев наших меньших. Но все-таки животные — это животные. Можно помолиться Богу, если, допустим, пропала, потерялась или заболела кошка: «Господи, помоги мне ее найти, ей помочь!». Но молиться о животных так, как мы молимся за людей, нельзя.