Главная / Медиа / Газета "Православный Симбирск" / «Он был немного старше меня…»

«Он был немного старше меня…»

Имя краеведа и преподавателя епархиальных образовательных курсов Ольги Новосад знакомо каждому читателю нашей газеты – она частый автор статей в «ПС». Ее сегодняшний рассказ – это личные драгоценные воспоминания об архимандрите Адриане (Шитове). Год назад, 21 ноября 2020 года, священник отошел ко Господу.

Он был немного старше меня, а я воспринимала его как отца. Батюшка очень поддержал меня в сложный момент, когда умирала моя мама. А сам ушел через месяц…

Можно было бы написать о нем как о старейшем по годам служения священнике Симбирской митрополии, отмеченного особой наградой – правом ношения второго наперсного креста. Или как о хранителе чтимой святыни – Жадовской иконы Божией Матери. Или как об авторитетнейшем духовнике Барышской епархии, или как добром и мудром пастыре. Перечислить его многочисленные награды: и церковные, и светские. Но, пожалуй, расскажу об отце Адриане как о дорогом для меня человеке. Очень скучаю по его голосу в моем телефоне, наставлениям и утешениям…

Владыка Прокл (Хазов) и  отец Адриан

с Казанской Жадовской иконой Божьей Матери

– Алло! Благословите, батюшка! Я нашла! Нашла-а-а!

– Бог благословит! Радость-то какая! И что же нашла?

– В госархиве данные по старцу Максимушке Пятинскому! Имена родителей-крестьян, воспреемников, духовенства, кто крестил. Совпадают и временные рамки, которые вы мне дали, и село Тияпино. Только фамилия другая – 6 августа 1859 года родился Максим Яковлевич Кузнецов, а не Митрясов. В основном тогда крестили именами Иоанн, Петр, Павел, Василий, а Максим – один на несколько лет в этих метрических ведомостях.

– (после паузы) Вот и слава Богу! Молодец! Это наверняка он. Митрясовым был «по-уличному». Если полсела Кузнецовых или Ивановых, то для ясности и конкретики прикрепляли прозвище: по роду занятий, внешности или предку. Например, был каким-нибудь прадедом Митрофан, а сокращенно – Митряс. Вот вам и Кузнецовы, Митрясовы потомки.

***

– Батюшка! Я тут прочитала вашу автобиографию…

(по голосу слышу – улыбается) Да? И что же я там писал?

(читаю) «Я, Шитов Николай Тимофеевич, родился 1 сентября 1949 года в рабочем поселке Старое Тимошкино Барышского района Ульяновской области, в семье рабочего. В 1956 году поступил в Старо-Тимошкинскую школу. Окончил 8 классов.

В 1965 году поступил в качестве ученика столяра на фабрику III Интернационала, продолжая учиться в школе рабочей молодежи. В 1969-м поступил в Московскую духовную семинарию. В связи с поступлением в семинарию, был уволен с работы согласно поданному заявлению. В 1973 году окончил Московскую семинарию и был назначен учебным комитетом в Куйбышевскую епархию. В том же 1973 году 30 июня епископом Иоанном, Куйбышевским и Сызранским, был рукоположен во диаконы. Им же 1 июля 1973 года был рукоположен в сан священника.

Женат одним браком на Семеновой Вере Николаевне, 1952 года рождения, проживавшей до замужества в городе Тамбове. В брак вступил 26 мая 1973 года.

Родители мои – Шитов Тимофей Павлович и Шитова Анастасия Федоровна – пенсионеры, проживают в Старом Тимошкино в собственном доме. 7 июля 1973. Шитов».

– Да. Все верно.

– А о детях тут нет.

– Трое у меня! Только родились они позже: Илья в 1974 году, Нонна в 1975-ом, а Валентина в 1977 году.

А ведь я в Оськино никак не хотел, приход сложный был очень. Бабушки говорили: «Только не туда». А вот как – 47 лет служу. Приехал после семинарии, в академию планировали направить, а я женился. Так с матушкой и шли вместе по жизни. Ее владыка Иоанн (Снычев) в своих дневниках вспоминал, мол, вот у отца Николая – настоящая матушка.

***

– Батюшка! Уполномоченный по делам религий добился, чтобы нашу кафедру закрыли. Архиепископа Иоанна (Братолюбова) уволил, владыку Иоанна (Снычева) не оставлял в покое… А вас донимал?

– У-у-у…Частенько! Когда мы в Оськино храм восстанавливали, он приезжал и такие разносы устраивал: «Что? Как? Почему? Вы ведь ремонт делаете?!» – «Нет». – «Как нет, вон новые доски прибиты!»

Пошел по селу, к людям: «Вы слышали, как поп церковь ремонтирует? Пилу, молоток?» – «Нет, не слышали!» А мы недавно закопченный потолок покрасили. Краска новая блестит, белоснежная.

 Тогда пошел он к нашему сторожу. Хороший тот был мужик. «Ну, все врут, но ты-то, дядька, знаю, не врешь никогда! Потолок покрасили?» А тот молча вынул кисет, потянул понюшку табаку в одну ноздрю, в другую, и говорит: «А разве пахнет? Ничего не чувствую!» Плюнул уполномоченный и уехал. Оставил нас в покое. А церковь-то мы отремонтировали! (смеется)                                                           ***

Объяснительная записка по поводу неоднократных обращений к председателю сельсовета по вопросам покраски и отопления храма: «Неоднократно церковь не отапливалась от трех до пяти суток, была всегда минусовая температура, даже вино, приготовленное для службы, замерзало, и его приходилось разогревать в электрическом чайнике, но за время службы оно замерзало даже в чайнике. Верующие, стоящие в пальто, в валенках, дрожали, а мне было еще «лучше» без пальто, в одном подряснике и ризе, несмотря на то, что здание теплое и печи исправные и хорошо греют. В последний раз, 20 января, также церковь была не топлена трое суток, когда на улице был мороз 35 градусов… на службу собралось примерно 350 человек…» Подпись отца Николая Шитова, 13 февраля 1977 года.                                                ***

– Что сказать, все было… Уполномоченный по делам религий, да и КГБ, частенько имели в церковных рядах своих осведомителей. Вот и у меня в храме были: староста церковный да бухгалтер. Старосте выдали магнитофон, чтобы он записывал мои проповеди. Еще у него была тетрадочка, в которую он все записывал: во сколько поп в церковь приехал, на какой машине, номер ее, что на проповеди говорил, во сколько ушел… Кстати, мне его сын сказал, что перед смертью тот долго какие-то бумаги жег.

Помню, вызвал заместитель главы района, давай передо мной пачкой бумаги трясти: «Вот, смотри, сколько на тебя жалоб, и это еще не все! Церковь твою давно бы надо закрыть, а мы все вас терпим!» Да и травля была. (вздыхает) Распускали слухи, какую-то нелепицу.

– Какую, батюшка?

– Я сначала колокола повесил в притворе. Звонил в них сам. Смотрю, не трогают меня, снять не заставляют. Потихоньку поднял их на колокольню, продолжил дальше сам звонить. Так про меня слухи и пошли…

– А что говорили-то, батюшка?

– Что я через колокола с Америкой разговариваю. Американский, мол, шпион! (смеется, я тоже). А где-то в 80-ые годы в местной газете статейка вышла, что в нашем районе 600 лекторов-атеистов плюс учителя биологии с научными знаниями. И один поп (опять смеется). Все хочу ее отыскать в подшивке.                                                        ***

– Батюшка! Благословите! Я материала насобирала, хочу написать про архимандрита Даниила (Куцука) и Веру Васильевну Полунину, которая за ним ухаживала. Знаю, что вы ведь были с ними очень дружны.

– Бог благословит! Пиши. Снова в архиве с документами занималась? А я тебе из жизни историю расскажу.

Матушка отца Бориса была из Беларуси, из Жировичей, как и отец Даниил. Они дружили по этой причине, земляки все-таки. Но потом они разошлись в дружбе. А я, когда бывал в городе, заезжал и к тому, и к другому. И они ко мне приезжали.

Иногда отец Даниил спрашивал: «Что про меня отец Борис говорит?» Я в ответ: «Ничего плохого, батюшка». А отец Борис: «Что про меня отец Даниил говорит?» Отвечаю: «Только хорошее, батюшка!»

 Автор статьи (в центре) с архимандритом  Адрианом и монахиней Варнавой

Едем как-то раз в машине с владыкой Проклом, с нами мой сынишка, ему тогда лет 12 было. Владыка спрашивает: «Илюша! А у папы отец Даниил бывает?» – «Да, владыка!» – «А отец Борис?» – «Тоже приезжает, долго с папой сидят, разговаривают». – «Надо же! Как он и с тем, и с другим общий язык находит?!»

Хочется верить, что батюшка Адриан встретился и с любимой супругой, и с владыкой Проклом, и с отцом Даниилом… Светлая память! Царствия Небесного дорогому архимандриту Адриану!

№ 21 (557) 10 ноября 2021 г.