Главная / Митрополит / Слово Архипастыря / Вопрос Архиерею. Митрополит Симбирский и Новоспасский Лонгин отвечает на вопросы читателей епархиальных СМИ

Вопрос Архиерею. Митрополит Симбирский и Новоспасский Лонгин отвечает на вопросы читателей епархиальных СМИ

Отличается ли по своим качествам святая вода из святых источников от освященной воды в храме? Это вопрос не про крещенскую воду, а в целом. Мы часто набираем воду в источнике при монастыре, она там очень вкусная. Каждое утро принимаю ее как святую с просфорой и молитвой. Или лучше для этой цели набирать воду в храме? С уважением, Анастасия

Уважаемая Анастасия! Вода становится святой только после молитвы, совершаемой священником, — чина освящения. Сегодня часто называют святыми разные источники или родники. Но надо понимать — какая бы чистой, вкусной и полезной вода в них ни была, она не может называться святой, пока не освящена. Святая вода обычно находится в храмах в особых емкостях и ее можно набрать там в любое время. При этом, конечно же, можно пить в любых количествах и воду из полюбившегося Вам источника.

 

Стыжусь креститься в общественных местах, как быть?

Если Вы верующий человек, то креститься в общественных местах нужно, только если Вы, скажем, читаете правило во время поездки в общественном транспорте или проходите, проезжаете мимо храма. Тогда можно перекреститься, и никакого стыда здесь быть не должно. Конечно, такое смущение понятно — все-таки мы живем в обществе, пока еще далеком от Церкви. Но, наверное, Вы видели, и не раз, людей, которые не стесняются перекреститься при виде святыни. Приучайте и себя этот стыд преодолевать.

 

Можно ли дружить с духовником?

Не зная Вас, я затрудняюсь ответить на этот вопрос. Кто Вы — мужчина, женщина, кто Ваш духовник? Если женщина — то ни в коем случае никакой дружбы с духовником быть не может. Если мужчина, то в некоторых случаях это возможно. Но надо помнить, что дружеские взаимоотношения предполагают один формат общения, а отношения духовника и духовного чада — несколько другой. Я думаю, что слово «дружба» здесь не вполне уместно.

 

Уважаемый Владыка! Не так давно у нас в социальной сети вспыхнул спор о личности и поведении одного известного священника; и мой, так скажем, оппонент упрекнул меня тем, что я «забыла слово апостольское: Жены ваши в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и закон говорит (1 Кор. 14, 34)». С его точки зрения, мы, женщины, не имеем права высказываться в публичном пространстве Церкви,  мы должны «знать свое место», наше дело исключительно «быть в подчинении», молчать и «трудиться, творя дела любви». Прямо скажу, слышать это было очень обидно: ведь я чувствую себя такой же свободной, полноценной и ответственной личностью, как любой мужчина, я не могу согласиться с неравенством, с положением человека второго сорта, не имеющего права голоса. Но, с другой стороны, — это ведь действительно слово апостола… Можем ли мы считать, что они просто устарели — жизнь стала совершенно другой, и женщина тоже? Вообще, можно ли не согласиться с апостолом? Мария

Уважаемая Мария! Со словами апостола лучше не спорить, хотя и Ваш оппонент несколько увлекся. Действительно, мужчина и женщина сотворены разными, они взаимно дополняют друг друга, и между ними есть отношения некого соподчинения. К этому факту надо просто относиться спокойно, подумать над словами апостола и принять их. Да, женщина и мужчина разные, у них разные виды жизненного служения, в том числе и в Церкви.

Нельзя сказать, что женщины в Церкви вообще лишены голоса — они и читают, и поют, и преподают в учебных заведениях, и работают в церковных СМИ. Именно женщины столько десятилетий в нашей стране сохраняли Церковь от уничтожения, когда мужчины боялись в нее ходить. Другое дело, что властного слова, действительно, женщина в Церкви иметь не должна. Однако в определенных условиях и женщины могут руководить, нести ответственность за храм и общину. Пример тому — женские монастыри.

Вообще, высказанные в Вашем вопросе крайние представления, как с одной, так и с другой стороны, — надуманные, их не должно быть. И там, где церковная, духовная жизнь развивается во всей своей полноте, таких проблем и споров не должно возникать.

 

Владыка, меня давно смущает то, что наша подготовка к Причастию сводится к долгому утомительному и просто механическому  вычитыванию текстов, далеко не все из которых нам близки. Признаюсь вам честно, в какой-то момент я просто махнул на это дело рукой, перестал себя насиловать,  стал читать лишь две-три молитвы, которые мне подходят, которые я могу произнести, действительно, от сердца. И у меня внутри сразу все ожило, и я, действительно, почувствовал, что приближаюсь к великому Таинству Божией любви. Но в то же время возникал и страх: а что, если я грешу нерадением, если Причастие без полного вычитывания всех канонов и молитв будет мне в осуждение? Михаил.

Уважаемый Михаил! Вы знаете, молиться надо учиться. Надо приобретать навык к молитве, самому стараться делать так, чтобы чтение правила не было «механическим вычитыванием», а каждое слово молитвы находило бы отзвук в Вашем сердце и становилось Вашим словом, обращенным к Богу. Тогда и возникнет желание молиться. Я знал людей, которые, помимо «обязательных» правил, готовясь к Причастию, читали еще множество других молитв. Для них молитва действительно была беседой, общением с Богом. Так что проблема не в размере правила, а в том, что Вы еще не обрели навыка молитвы, поэтому для Вас это кажется таким трудным и тяжелым.

 

Как быть, если необходимость постоянного ухода за больным престарелым членом семьи лишает возможности регулярного посещения храма? Мама, за которой я ухаживаю, чувствует себя по-разному, когда-то ее можно оставить, когда-то нет, но чаще всего это непонятно,  к тому же, ее состояние непредсказуемо. Уйду, а с нею что-то случится… Прихожу в храм, а на душе тяжело, мучает чувство вины: эгоистка, ради собственной потребности бросаешь мать… И в то же время я понимаю, что оставить храм, совсем не приходить в него — это не будет правильно с моей стороны, мы должны участвовать в богослужении. Ситуация осложняется тем, что мама невоцерковленный человек, и она не очень понимает, зачем мне непременно нужно сейчас в церковь, что за нужда такая срочная, «почему нельзя без этого обойтись». А я не знаю, как ей объяснить, ведь это становится понятным только на личном опыте. Что бы Вы посоветовали? Ирина

Уважаемая Ирина! Конечно же, посещение храма — это не просто обязанность христианина, это потребность верующей души. Она абсолютно естественна и правильна. Верующий человек должен посещать храм всегда, когда он имеет такую возможность. Но и забота о больных родителях — тоже не прихоть, это прямая заповедь Божия. Поэтому нужно стараться как-то сочетать и одно, и другое.

Когда состояние Вашей мамы позволяет Вам приходить в храм — приходите. Скорее всего, те сомнения, те мысли, о которых Вы пишете, — это искушение. Враг рода человеческого всячески пытается отвадить человека от Бога, от посещения Церкви, от молитвы, от поста. И поэтому в храме возникает чувство вины, что Вы оставили маму, а когда Вы с ней — чувство вины, что Вы оставили Церковь. Это бесовское смущение, потому что врагу человеческого рода все равно, чем смутить человека, искушать его слева или справа. Его главная цель — сбить, смутить человека, полностью расстроить его, так, что и за больным он будет ухаживать с ропотом, и в Церковь будет идти с неспокойной душой.

Надо просто это понимать, остановиться, подумать, взять себя в руки. Конечно, пока нужно подчинить свои возможности уходу за мамой. Когда не получается пойти в церковь, можно дома самой помолиться, почитать Псалтирь, каноны, молитвенное правило. А как только появляется возможность — спокойно идти в храм, оставляя маму в это время на волю Божию.

 

Владыка, что бы Вы сказали человеку, который давно уже живет церковной жизнью, начинает и завершает день молитвой, соблюдает посты, часто прибегает к Таинствам, читает духовную литературу, но при том не может избавиться от постоянного рассудочного сомнения в истинах веры? Человек нуждается в вере, но у него нет полной уверенности, что все на самом деле так, как утверждает Церковь; и он не знает, где эту уверенность взять. А сомнение ослабляет, лишает цельности, препятствует духовному росту. Как быть? К чему взывать — к разуму, к сердцу? Алексей

Уважаемый Алексей! Я бы посоветовал этому человеку все равно продолжать жить церковной жизнью и обязательно учиться включать в эту жизнь свое сердце. Человеческий рассудок, хоть это и главный инструмент познания мира, все-таки ограничен. И целостно, правильно человек все же воспринимает окружающий мир и рассудком, и сердцем. Надо бороться с этими сомнениями, не слушать их, жить так, как будто бы их не было. Помыслам сомнения отвечать: «Анафема тебе и рассуждению твоему»,— как сказано в «Душеполезных поучениях аввы Дорофея» (поучение 5 «О том, что не должно полагаться на свой разум»).

 

Уважаемый Владыка! Мы дружим с одной мусульманкой. Она работает в медицине, и поэтому мы часто обращаемся к ней за помощью по медицинской линии. Она принесла нам подарки, говорит: «Тетя Нина, помолись за меня, я уважаю Православие». А я ей: прими нашу веру. Она отвечает, что боится своих родственников. Я бы подаренные ею подарки с любовью подарила бы  церкви, но как мне и что сказать священнику? Она все время просит, чтобы я молилась за нее. Как мне быть в таком случае, как молиться? А как быть с подарками? Раба Божия Нина

Уважаемая Нина! Молиться за человека другой веры можно, за исключением молитвы литургической. Вы можете молиться за подругу своими словами, можете принимать или, если есть такое желание, передать в храм ее подарки. Не надо только подавать за нее записки на совершение проскомидии. Святой праведный Иоанн Кронштадтский молился и за иноверцев, в том числе и мусульман,  и за безбожников. В ризницах древних монастырей Святой Горы Афон или монастырей Греции, Сербии, Болгарии хранятся вклады турецких султанов и пашей, их дары этим монастырям. Ничего предосудительного в этом нет. Так что, пожалуйста, молитесь своими словами о том, чтобы Господь помиловал Вашу близкую подругу.