Главная / Симбирские святые / Житие священномученика Василия Покровского

    Житие священномученика Василия Покровского

    Память 13 (26) декабря.

    Священномученик Василий родился 16 декабря 1879 года в селе Баевка Сенгилеевского уезда Симбирской губернии в семье священника Андрея Покровского. В семье было три сына, из них только Василий выбрал путь священства, поступив на учебу в Симбирскую духовную семинарию. По окончании семинарии в 1903 году Василий Покровский был рукоположен сначала во диакона к церкви села Алово Алатырского уезда Симбирской губернии, затем во священника к Архангельской церкви села Архангельское Куроедово Карсунского уезда Симбирской губернии. Через год отец Василий был переведен в село Дады Ардатовского уезда Симбирской губернии, где прослужил восемь лет. Еще пять лет он был священником в селе Андреевка того же уезда. Наконец, в 1917 году он был переведен в село Промзино Алатырского уезда (ныне р.п. Сурское Ульяновской об­ласти), где долгое время служил его отец – протоиерей Андрей, который теперь, по старости и болезни служить уже не мог, и передал преемство своему сыну Василию.

    В Промзино отец Васи­лий Покровский прожил и прослужил 12 лет. Своим прихожанам и духовным чадам он подавал пример терпения и благочестивой семейной жиз­ни. Рассказывали, что супруга его была женщиной вспыльчивой, но в семье не было ссор, потому что отец Василий старался уступать, никогда не повышал голоса. В этой атмосфере и дети в семье росли послушными. По воспоминаниям дочери, дети не помнили, чтобы их наказывали, – достаточно было примера отца. В семье отца Василия было пятеро детей, и чтобы прокормиться, супруги вели свое хозяйство: держали скотину, пчел и обрабатывали землю. Сами и пахали, и сеяли, и жали. Дети трудились вместе с родителями.

    В 1922-1923 годах отец Василий служил в Промзино в одном храме с протоиереем Сергием Знаменским, также входящим ныне в состав Собора Симбирских святых. В связи с обновленческим расколом 1922 года в Промзино образовалась автокефалия, противостоящая обновленцам. Во главе автокефалии в марте-июне 1923 г. стоял священномученик Сергий Знаменский, а затем архиепископ Николай (Покровский). Отец Василий был ближайшим помощником протоиерея Сергия. В сентябре 1923 г. отец Василий вместе с другими автокефалистами был арестован и содержался некоторое время под стражей в Симбирске.

    В 1929 году за неуплату налогов священник снова был арестован и осужден народным судом к 2 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Семья была выселена, супруга и дети вынуждены были устраиваться кто куда. Срок наказания отец Василий отбывал в Ульяновске. Сюда к нему приезжали на свидания родные из Алатыря. Отцу Василию, как разбирающемуся в выращивании овощей, поручили уход за тюремным огородом. Младшая дочь Зинаида, которой было тогда 15 лет, вспоминала позже, как, приезжая, она помогала отцу в работе. И когда его освободили, это было как раз во время ее приезда. Выйдя из прокуратуры, он пошутил: «Ну, вот, хорошо, что ты приехала – ты меня освободила».

    В Промзино после освобождения ему негде было жить, потому что он был осужден с конфискацией имущества. Поселился он в Алатыре, где жили две его сестры и другая родня, но так как свободного места священника в этом городе не было, епископ направил его служить в город Цивильск. В Троицком соборе Цивильска – единственном действующем тогда храме города – священник прослужил до 1933 года, когда был перемещен в село Семеновское Порецкого района, поближе к Алатырю, к родным. В это время трагически погиб один из сыновей отца Василия. Затем, в 1937 году другой его сын был арестован и, как впоследствии стало известно, расстрелян. В том же 1937 году на полигоне Бутово под Москвой был расстрелян племянник отца Василия (сын его сестры, которая была замужем за священником Михаилом Ивановым) – игумен Мефодий (Иванов). Преподобномученик Мефодий (Иванов) прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской Архиерейским юбилейным Собором Русской Православной Церкви 2000 г.

    После Цивильска отец Василий Покровский был переведен в г. Алатырь, сначала в Крестовоздвиженскую церковь, а затем, с 1938 года – настоятелем Стефаниевской церкви, которую называли еще «полевой», потому что она находилась за чертой города, в поле. Отец Василий служил там вместе с иереем Емилианом Киреевым, с которым вместе впоследствии и был расстрелян. В 1940 году оба священника были арестованы за неуплату налогов по статье 24-й и приговорены народным судом Алатыря к шести месяцам исправительно-трудовых работ, но позже были оправданы.

    После этого отца Василия постоянно вызывали в НКВД. Как-то дочери, приехавшей из Чебоксар, он поведал: «Почти каждый день вызывают, в лучшем случае два раза в неделю. Они меня все агитируют бросить службу, хотят, чтобы я публично отрекся от Бога. Они меня агитируют, а я – их. Я им сказал: если вы мне докажете, что Бога нет, сумеете убедить — я отрекусь прямо сейчас, а если нет — я остаюсь верующим».

    В 1941 году власти Алатыря всеми средствами решили закрыть «полевую» церковь, оставшуюся к тому времени единственным действующим храмом в городе. Непомерный налог, начисленный на священников этой церкви, который они не смогли уплатить, послужил поводом для закрытия храма. В то время отец Василий специально поселился отдельно от семьи, чтобы не навлечь на родных опасность. В июле 1941 г. он уже предчувствовал свой арест. По воспоминаниям племянницы отца Василия, ее не раз посылали «отнести молочко дяде Васе». И вот однажды ее послали уже без молока. Ей сказали: «Ты пробеги по другой стороне улицы и посмотри: если занавески закрыты, то нам скажи». Это был знак. Он говорил родным: «Если за мной придут – я занавески закрою». И вот она пробежала вдоль улицы, смотрит, занавески закрыты, – значит, арестовали отца Василия.

    Арестованные по групповому делу священники Василий Покровский и Емилиан Киреев содержались в 3-й тюрьме НКВД Алатыря. Причем посадили их в одну камеру с уголовниками, которые издевались над священниками – отбирали передачи с едой, избивали.

    25 июля 1941 года состоялся первый допрос, 3 августа – второй, на котором отец Василий объяснял, что их, священнослужителей «полевой» церкви, обложили непосильным налогом, и они попросили верующих помочь собрать деньги. Несмотря на то, что деньги были собраны, налог, начисленный за 1941 год, они полностью уплатить не смогли и остались должны Горфинотделу более 300 тысяч рублей.

    4 августа состоялся третий допрос, на котором следователь спрашивал: «Вы обвиняетесь в том, что в течение ряда лет систематически проводили среди верующих граждан совместно с попом Киреевым организованную контрреволюционную антисоветскую агитацию против мероприятий партии ВКП(б) и советского правительства, призывали верующих не вступать в колхозы, то есть в преступлении предусмотренном по статье 58, пункты 10, 11 УК РСФСР; так скажите, вы признаете себя в этом виновным»?

    В «антисоветской агитации» отец Василий виновным себя не признал. Признал вину только в том, что когда Алытырский горфинотдел обложил его непосильным налогом за 1940 год, то он говорил об этом и писал жалобу.

    Далее следователь спрашивал:

    – Расскажите, какие проповеди в «полевой» церкви среди верующих граждан вы говорили в мае 1940 года?

    – Никаких проповедей я не говорил, а лишь только всегда на исповеди верующих в церкви говорил: «Верующие, другие говорят, что нет Бога, но у каждого из вас есть голова и разум, и по мере возможности разбирайтесь – кто говорит правду, а кто неправду». Дальше, ввиду роптания верующих на советскую власть, я им говорил: «Верующие, знайте, что недовольство властью является грехом, поэтому какая бы власть ни была – она является от Бога и поэтому всякой власти надо подчиняться». Кроме того я на исповедях верующим говорил: «Верующие, скажите – веруете ли вы в Господа Иисуса Христа? – и повторяйте за мной – веруем!». Что они и делали. Больше я никаких призываний и проповедей в церкви не говорил.

    В декабре 1940 года в «полевой» церкви я верующим объявил: «Кто желает причащаться, тот пусть слушает молитву перед исповедью». Я сказал: «Кто верует в Бога Иисуса Христа, кайтесь в своих грехах. Помните, верующие, что многие говорят о том, что Бога нет, что нет Матери Божией и нет никаких угодников. Заблудились эти люди, они даже позволяют ругать Бога и святых апостолов. Не верьте никому – это такие люди, которые все лгут. Не поддавайтесь соблазну этих врагов и диаволов. Они везде и всюду говорят против Бога, против Святой Церкви, которая нас воспитывает духовной жизнью и ведет ко спасению души», – это мы проповедовали о загробной жизни, как желанной цели нашего земного существования, по своим религиозным убеждениям».

    Одна из свидетельниц по данному делу показывала: «В церкви при исповеди они всегда проповеди говорили: ″Верующие, нужно держаться веры Христовой, она спасет от всяких бед и скорбей и душа ваша не погибнет, а будет обитать в Царствии Небесном″. Потом, – продолжала  свидетельница, – поп Покровский, возвышая голос, громко говорил: ″Никого не слушайте, что нет Бога, – Бог на небесах и вездесущ, на всяком месте, все видит и все ведает″. В это время масса криком ему ответила: ″Веруем, батюшка!″. На это Покровский сказал: ″Веруйте, крепко веруйте в Матерь Божию и во всех святых″».

    11 сентября 1941 г. был арестован еще один обвиняемый по тому же делу, — Подрезов Иван, пенсионер, живший подаяниями прихожан «полевой» церкви. 21 сентября на допросе он дал показания, что священники Покровский и Киреев являются руководителями контрреволюционной организации. Также в качестве лжесвидетелей выступили бывший священник Сергиевский, староста «полевой» церкви Ворожейкина и некоторые прихожане храма, которые дали показания об антисоветской деятельности обвиняемых. Были проведены также очные ставки между обвиняемыми священниками и свидетелями.

    Обвиняемый Подрезов, ранее давший показания об антисоветской деятельности священников, на очной ставке с отцом Емелианом Киреевым отказался от своих показаний и заявил: «Так сказано в Писании Божием, что мы должны пострадать за Христа, и пусть я буду страдать, а их – Киреева и Покровского – освободите. Я отказываюсь от своих показаний в части того, что Киреев и Покровский являются руководителями контрреволюционной организации».

    23 сентября следствие было окончено. 10 октября обвиняемым было предъявлено обвинительное заключение по статьям 58-10 (ч. 2) и 58-11 УК РСФСР. В этом заключении священники обвинялись в том, что они являлись «участниками антисоветской группы», имели «враждебное отношение к Советской власти», проводили «антисоветскую агитацию среди населения с использованием религиозных предрассудков масс». В качестве наказания предполагалась высшая мера – расстрел с конфискацией имущества.

    18 октября судебная коллегия верховного суда Чувашской АССР по уголовным делам утвердила это обвинительное заключение, и на 30 октября было назначено судебное заседание. В назначенный день открылся суд, на котором подсудимые священники твердо отрицали все обвинения в антисоветской деятельности. Прокурор просил суд вынести приговор в отношении Подрезова – расстрел, в отношении Покровского и Киреева – 10 лет лишения свободы. Адвокат в своей речи просил в отношении Покровского и Киреева вынести более мягкий приговор. Обвиняемым было предоставлено последнее слово, в котором они также просили о справедливом приговоре.

    После совещания суд приговорил всех троих к высшей мере наказания – расстрелу с конфискацией имущества. Затем в установленном порядке от приговоренных священников поступила совместная кассационная жалоба в Верховный суд РСФСР о пересмотре приговора. Жалоба была рассмотрена, но приговор оставлен без изменений.

    Священники Василий Покровский и Емилиан Киреев были расстреляны в 19 часов 30 минут 26 декабря 1941 года. По свидетельству одного из конвоиров, их вывезли вечером из тюрьмы в поле, на правую сторону реки Суры, в сторону деревни Анютино, и после того, как они выкопали себе могилы, расстреляли.

    В 1990 году все пострадавшие по этому делу были реабилитированы. 6 октября 2003 года определением Священного Синода Русской Православной Церкви в состав Собора новомучеников и исповедников Церкви Русской был включен иерей Емилиан Киреев. Четырьмя годами позже, после того, как все недостающие документы были собраны, определением Священного Синода от 27 декабря 2007 года священномученик Василий Покровский также был включен в Собор новомучеников и исповедников Российских ХХ века. Память священномученика Василия Покровского празднуется в день Собора новомучеников и исповедников Российских (ближайшее воскресенье к 25 января / 7 февраля), в день мученической кончины – 26 декабря по новому стилю, а также в день Собора Симбирских святых.